Сегодня с утра перечитывала второй раз добытое сокровище. “Дорога в гору” Марианны Дюбюк. Коротенькая детская книжка с картинками про старую барсучиху и ее нового друга. Про встречи и расставания. Про взросление и старение. Про долгую жизнь и дорогу в гору.
Рядом с домом, приютившим нас, – кафе “Ной”. Сложно придумать более богатое ассоциациями название. Оно прямо-таки разговаривает со всеми, кто проходит мимо. Кому-то коньяк, а мне – библейские мотивы. “Всякой твари по паре”, – думаю я. И ветерок вежливо подкидывает запах горелого мяса. Интересно, был ли у Ноя запас еды с собой до конца потопа или в итоге некоторых пар не досчитались? Пожрали драконов, единорогов или зайцелопов? Хороший шашлык вышел.
Или вот идешь смурной мимо. Читаешь “Ной” как глагол. Воображение подрисовывает восклицательный знак. И невозможно уже этому противиться. Идешь и ноешь: ноги устали, спина болит, зима близко, а смерть – за левым плечом. И тут ветерок вежливо подкидывает запах горелой плоти.
На самом деле за левым плечом у меня муж. Подкрадывается и сообщает:
“Так и хочется приписать букву “г”, правда?”.
-Только какого-нибудь “г” нам и не хватало! лучше читай, как глагол.
-И, правда! Ой спина болит, по котику соскучился, помирать скоро.
Приятно, когда что-то особенно хорошо удается. Например, ныть и разговаривать с вывесками кафе.
Во Владимире второе воскресенье июля – вишневый спас. Скорее всего, праздник сугубо выдуманный и новодельный. Но мне это не важно, потому что слишком люблю праздники урожая – с радостью, надеждой на будущее и сытым спокойствием.
Год, видимо, урожайный. То тут, то там под ногами можно встретить рябиновые грозди – то ли дети балуются, то ли птицы разбазаривают. Яблони стоят с отяжелевшими ветвям – вот-вот подломятся. Кое-где уже розовеют бока молодых яблочек. Вишня где-то вызрела уже, но рядом с домом – как елочными украшениями увешана блестящими зелёными ягодами. При взгляде на облепихи становится ясно, почему они так называются. Опьяневшие шмели летают с лапками желтыми по пояс.
Для праздника было бы уже достаточно восхищения перед силами природы и удивления богатству ароматов, но ещё был городской фестиваль. Чуть-чуть хендмейда, чуть-чуть странной и не очень еды, много ягод, грибов и всяких развлечений: то вишенки валять из шерсти, то танцевать хороводы, то упражняться в выдувания стекла. Горячая кукуруза, сахарная вата, яблоки в карамели и стаканчики ягод. Наверное, стандартный набор городского праздника, но я так надёжно избегаю толп, что редко разделяю радость народа. А тут было хорошо, в основном, потому что было не слишком много людей.
Впервые за мои визиты во Владимир побывала в Патриарших садах. Они оказались очень хороши. Несколько ярусов растений и садовых украшений. Живописные лесенки и тропинки. Каждая терраса образует свою смотровую площадку на город и окрестности. Разнообразная растительность, от очень утилитарных картошки, базилика, кабачков и смородины, до декоративных суккулентов, роз, гортензий, флоксов и колокольчиков. Кое-где есть таблички, но в целом их очень не хватает. Особенно в оранжерее, где столько всего интересного и ни одного названия.
Хорошей идеей оказалось читать Миллигэна в Полли, плохой идеей – дочитывать его. Прямо хоть начинай сначала. Кто все эти люди – Полли и Миллигэн?
Полли – ресторанчик во Владимире. Кажется, у нас становится традицией гастротуризм во Владимир. Потому что здесь [ljuser]lugoveka[/ljuser] И она знает столько хороших мест, сколько мы в Москве не знаем, да и не ходим мы в Москве по ресторанам.
Так вот, Полли. Шеф здесь – розовощекий ирландец весь в татухах. Как ни странно, работая в зале, он выглядит на своем месте среди минималистичного интерьера, белого на белом, геометрических светильников и фитокомпозиций. Блюда – все самые странные сочетания привычных вещей, которые вы не можете себе представить. Баклажаны с мятой, гранатом и чесночным чипсами, треска под соусом из сливочного масла с топпингом из свежих огурчиков и красной икры, филе миньон с луковым пюре. Последнее пока не пробовала, но непременно попробую пюре.
Здесь вы не найдете красивой керамической посуды, сложной сервировки стола и вообще излишеств. Графитового цвета салфетки, белые тарелки, простые, как сама сталь, приборы. Масло с травами подадут к хлебу на простом деревянном ноже. Все это – аскетичный фон, делающий еду более яркой и резкой. Что-то такое они здесь умеют делать с текстурой продуктов, что она кажется совершенной. Картофель с тонкой корочкой и мягким горячим сердцем. Печёный баклажан, взбитый будто сливки для ягодного десерта. По-честному сухие чипсы – мы впитаем влагу всего, что вы на нас положите. Божественно пропеченая рыба. Идеально сочный стейк с розоватым нутром, но без крови. Такое ощущение, что направление кухни здесь – поймать суть продукта, помочь ей раскрыться, а потом смешать с другими такими же прекрасными вещами – о нет! не в случайном порядке – осмысленно играя на контрастах. Никаких рамок этники, традиций и вот этого всего. Только алхимик и его еда.
Крепкого алкоголя вам тут не нальют – только пиво. Но никто не воспротивится, если вы пройдете со своей бутылочкой виски.
Кто такой Спайк Миллигэн? Британский комик ирландского происхождения. Чей текст хочется тем самым деревянным ножом мазать на хлеб и запивать хорошим элем. “Пакун”- историю про вымышленный городок, попавший на границу Ирландии и Ирландии – бесполезно цитировать. Над каждой фразой можно усмехнутся, потом вернуться к началу абзаца и громко посмеяться обретенным смыслам, вернуться к началу главы и грустно улыбнуться. Сильно калорийное чтиво в переводе Шаши Мартыновой. И, конечно, в дождливом Владимире рядом с розовощекий ирландцем под стаканчик сидра и чашечку кофе он читается лучше, чем в засушливом Тунисе. Там сложно поверить в то, что зима близко и это лишает часть образов очарования, зато делает моменты фарса ярче.
Когда получаются такие дни, как вчера, приходит переживание, что я живу ту жизнь, которую хочу.
Когда день начинается с чашечки кофе с дочерью подруги, которая приехала забрать украшений. А заодно удалось пристроить кофту, с которой я намаялась в гардеробе: прекрасна же, но не моя.
Супервизия индивидуальная в последнее время подбирается к ключевым личностным и мировоззренческим местам. Опасно и захватывающе интересно.
Ловила курьеров с подарками июльским друзьям. А заодно получила, наконец, свои исландские саги. Ozon, прекрати уже клеить свои наклейки на супер-обложки букинистических книг! Невозможно же продукт портите!
Исследовала свой район заново. Где что закрылось, где открылось. Обнаружила новую Биллу и новый Лэтуаль у метро. Накупила милых зверушек.
Отнесла залежавшиеся за занавесями картины в багетную мастерскую. Все пошло не так, конечно. И заказать вот ровно то, что “делали у вас два года назад” – не вышло. Вся эта мода, которая даже на картинные рамы распространяется, ужасно утомляет. Зато придумала новый концепт и пришла в гости вовремя.
И дивный парфюмерный вечер. Чай с легким привкусом крови. Британская и не только парфюмерия. Приятно хрюкающий мопс. И кошачья пушистость. Tilda Swinton Like This – прекрасный антидепрессант посреди прохладного дождливого лета. Желание жить, творить и любить будит как родник под сердцем. В результате, правда, распух вишлист.
Сегодня с утра проснулась носом в запястье, а там все еще Tudor Rose & Amber. Я бы предпочла проснуться в Sacred Earth или White Rose, но тут уж, что пристало. Во всех смыслах этого слова.
Позитив сегодня на профессиональной страничке. С кусочком путешествия в Тунис. И очень про меня
https://wp.me/p7vqFq-1uJ
Что-то в последнее время в рубрике Crazy Haired увлеклась персонажами. Показывать реальных людей мне сложнее. Смутительно открыто выражать восхищение, еще смутительнее просить разрешения разместить фотографии у себя в блоге. Но я работаю над этим.
А тут Каттана [ljuser]kattana[/ljuser] Игоревна. Художница; хозяйка тату салона inkyou, дрессировщица цвета, зверей и людей и моя первая тату-мастерица. А еще прекрасна в розовом и бирюзовом, которые я так люблю и которые так непросто подать не пошло. У женщины с Локи на руке ничто не пошло. Наслаждайтесь.
Раз уж завела вчера разговор про косметику, буду продолжать.
В общем, пришла моя посылка с iherb с самым удачным и не удачным одновременно средством. Румяна Physicians Formula, которые Butter Blush, на моей коже оказались никакими ни румянами, а скорее пудрой. Текстура очень приятная и хорошо ложащаяся на кожу, без всяких неприятных ощущений. При этом слишком мягкий оттенок, а другие еще светлее и мягче. Зато у них совершенно дивный аромат. Вот хоть используй вместо духов. Таинственный карбиский запах.
В прошлогоднем путешествии меня донимали разные ароматы. Будто бы убитое хроническим московским насморком обоняние вернулось и на меня нахлынуло. При этом все фруктовые отдушки мне казались маракуйей, а все ванильное – кокосом. Такая вот маракуйя обонятельного мозга.
И в это самое вернувшееся обоняние упорно впивался запах, который я не встречала нигде раньше. Особенно на пляже. Как сливочное масло, кокос, медовые цветы, ваниль и что-то цитрусовое, но все вместе и ни что в отдельности. Ближе к середине путешествия я нашла источник. Цветы франжипани. Те самые, которые рисуют на гавайских открытках, вывесках спа салонов и почти всех средствах от солнца, что были доступны в ближайшем сельпо. Видимо, поэтому на пляже запах становился настолько сильным. Сами цветы пахли едва заметно. Цвели они высоко, но разок я встретила бутон, упавший в зарослях у дороге и восторженно носился с ним весь день и вечер.
Как же приятно поиграли в прошлый понедельник. Детали сейчас практически истерлись – целая жизнь между одним и вторым понедельниками. Но что было, то было – самые быстрые игры. И, наконец, “Сигил”. Представьте себе приятный пасьянс, а ля маджонг – не тот, который игра для четверых, а тот который во всех компьютерах и планшетах страны. Только с картами. И легким околомистическим смыслом – в сигиле запечатаны духи, а игроки-шаманы ставят их себе на службу. Кто больше подчинил – тот и самый главный шаман :Р Геймплей требует умения цепко разглядывать красивые картинки, уметь считать до семи и держать в памяти матрицу карт 7*8. Но есть место рандому, поэтому не все в руках у одаренных памятью и вниманием.
Не помню, кто мне давным давно порекомендовал посмотреть “Викария из Дибли”. Теперь я искренне благодарна этому человеку. И при этом рада, что решила смотреть сериал только сейчас. Во-первых, мне нужно было подрасти в толерантности к сексистским шуткам. Во-вторых, достаточно соскучиться по Великобритании и британской речи. Иначе могло и не зайти.
“Викарий из Дибли” – это бибисишный ситком. Задуманный Ричардом Кёртисом (Реальная любовь, Рок-волна и такое прекрасное британское, в котором нежность rocks) специально под Дону Френч, которая сыграла викария (боги мои, как тут образовать феминитив?! 0_о)? Первый сезон вышел в 1994 году, а последние серии, в которых Джеральдина Гренжер таки встретит свою любовь в виде молодого Ричарда Армитиджа, кажется в 2005 (эти люди вообще не стареют?! 0_о).
В общем, маленькая деревенька в Оксфордшире. Умирает старый викарий. Википедия пишет, что во время службы, но на самом деле, упав с крыши – хорошо же видно в первой серии. И епископ присылает нового служителя бога. Все ждут такого же седовласого старичка, с мерзким запахом изо рта или хотя бы характером. А вместо этого приезжает Джеральдина, огромная, обаятельная, едкая и немного высокомерная любительница шоколада и виски. А дальше, что? Дела деревенского совета, приключения со сплетнями, ярмарками и… Кали Миноуг. Посты, пасхи и рождества. Все пасторально. И с пересвеченным фильтром. И смешно. По-британски.
Думаю, понравится не всем. Иногда, чтобы понять юмор, мне приходилось гуглить (но я справилась!). Лучше с субтитры к оригиналу, ведь голоса же! Не знаю, как с верой в Бога, но веру в добрые дела обыкновенных людей сериал весьма поддерживает. А что еще нужно уставшему психологу?