Этот пост, чтобы похвастаться новыми фотографиями с фотопикника “Ирландский джем. Праздник урожая” julia_friday. Чтобы вспомнить, как начиналась осень. А ещё в регулярном посте такой-то дракономатери порассуждать про слинг-шарфы и эрго-рюкзаки. Ну потому что без них никак не избежать похищения ребенка Зимним Двором.
На 507 день матерства и на 10 день отпуска я решила спасать нашу семейную осень. Грипп не дал нам улететь в путешествие на Кавказ, но чуть-чуть отступил у мужа, совсем прошел у сына, а меня оставил в неопределенности, как по учебнику, на 6 день после начала.
Я давно собиралась съездить с Дважды Бурерожденным на “Городскую ферму” ВДНХ. Он уже многих животных узнает на карточках и в книжках. Было интересно, как он отнесется к ним в реальности. А тут в канале ВДНХ я увидела приглашение на гастро-фестиваль “Урожайный Разгуляй”. Я восхитилась фотографиями и немедленно представила себе разгульную ярмарку со скоморохами, балаганом, ремесленниками, печеными яблочками и безалкогольным глинтвейном . Всё под народную музыку и в золотых лучах осеннего солнца. Козочки притоптывают копытцами, олениха звенит колокольчиком на рогах, а енот делится со всеми мандаринами.
Реальность не желала совпадать ни с моим воображением , ни с пресс-релизом. Фотозона, например, выглядела так:
Прошлые дракономатеринские заметки ушли в профессиональный блог: PRO(не)подвижность , про роды и настроение и про тормоз и газ. А в dracat.windchi.me было сплошное нытье: про здоровье и про неинклюзивные места. Давайте расскажу про по-настоящему инклюзивные и создам у вас впечатления, что у меня есть культурная жизнь.
Ох, и портит жизнь психотерапия травмы. Слишком быстро стала усваивать позитивный опыт. А ещё и не достаточно хороший возмущает.
Сходив в Третьяковскую галерею в Лаврушинском переулке вместе с Дважды Бурерожденным, я подозрительно быстро расслабилась. Поэтому когда мы всей семьею взяли билеты на Брюллова, я и представить не могла , как всё получится.
Одна беда – ремонт в Музеоне устроен так, что напрямую из него можно попасть к Третьякове крюком почти что в километр. При покупке билетов об этом не предупреждают. Конечно, россиянин нигде не пропадёт. Поэтому просачивается козьими тропами по холмам, вытаптывая травку. Но там, где просочится влюблённая пара, протащить люльку с младенцем проблематично.
Поели и пошли на выставку. Есть небольшой лифт у служебного входа – нас туда пустили. Есть камеры хранения. Но оставить коляску в безопасном месте негде. Мужчины поехали с колясками. Мы с мальчиками в слингах потопали по лестнице.
Внутри хорошо. Прохладно. Но малыши-то спеклись в жаре по дороге. Дважды Бурерожденный хочет пить. При виде поилки смотрительница возбудилась. Вежливо попросила выйти из зала и пить там. В общем, понятное дело. Но бегать туда-сюда с малышом, ну такое. Впрочем, эта смотрительницы была вежлива. Другая хватала людей, которые фотографируются рядом с портретами за руку, и на повышенных тонах кричала: “Это же музей, отойдите!”. В тишине и полумраке закутка на третьем этаже это звучало особенно громко. С одной стороны, я понимаю риски музея, работников и страх за бесценные произведения искусства. Но не настолько же. Можно же огородить картины, сделать разметку на полу, как в метро, или повесить таблички: “ближе, чем на три метра, не подходить”. В идеале ещё бы и на билетах напечатать рядом с предупреждением, что проход по набережной со стороны центра затруднен. Всё это немного испортило просмотр. Потому что Дважды Бурерожденный пока не привык к тому, что люди кричат друг на друга. Полезный социальный опыт, конечно, но удивительно, что получил он его не в магазине, не на рынке, а прямо в музее.
Дальше-больше. Да, мы знали, что музей закрывается в восемь часов на вход. Но, что вместе с этим закрывается выход и единственное крыльцо с пандусом, оказалось сюрпризом. Хвала Богам, мы были с Дуной – очень маленькой коляской, которая превращается одним движением руки в автолюльку, – потому что наша боевая городская коляска по ширине бы не прошла в служебный вход. Хотя спускать ее по лестницам мы уже хорошо научились.
Такая вот ограниченная инклюзия. Так что если вы с колясками, то постарайтесь эвакуироваться из Третьяковки до закрытия входа. И после этого Тема пишет, что слинг – пережиток прошлого с момента изобретения коляски. Угу.
Но было хорошее. Внутри выставки как раз лестниц нет. Это очень здорово. Широкие проходы. Потрясающее освещение. Подробные информационные материалы на стенах. “Последний день Помпеи” можно разглядывать так же долго, как в школьные годы. И все равно дольше всего останавливаюсь у “Светланы”, зачарованная светом, формой зеркала и кокошника и выражением лица.
Если говорить о двуногих без колясок, то на выставке не хватало только стрелок направления осмотра.
А потом была потрясающая гроза с проливным дождем. Пока мы брели вдоль длинного забора (потому что выход ближе к метро из парка закрыт), добрые курьеры просовывали нам дождевики сквозь решетку. Мы улыбались и благодарили. Прятались от дождя в переходе, где рядом со всё теми же курьерами гарный хлопец кетколил проходящих дев с зонтами. Чего хотел – зонта или самоутвердиться – не понятно. Угадайте, кто предложил нам помощь на лестнице из перехода? Всё те же курьеры. Добрые люди. В общем, берегите их. Не обижайте. Возможно вам тоже когда нибудь понадобится дождевик и помощь с коляской. А с нашей инклюзией последнее почти наверняка.
Originally published at ДраКошкины записи. You can comment here or there.
Дикой охоты
Гон снится в русалий час.
Чу! Щепки летят.
Грозди крылаток…
Прячет клёны навечно
Нетканый забор.
Прикрыто окно.
Неужели не слышно
Срублена ива?
Рык бензопилы…
Настигает нас саранча.
Устроители парка.
Ива ветвями
Тихо ложится в траву
На сон старый кот.
Как больно глазам
Не досчитались они
Стволов мшистых лип.
Внеочередное включение матерства в честь дня защиты детей. Мне весь день хотелось грустить и горевать и вот только сейчас собралась вспомнить, как классно сходили с Дважды Бурерождённым и свекровью в Третьяковскую Галерею.
Очень мне хотелось попасть на Кустодиева. Раньше мне нравились его портреты: демонический Билибин и шизотипический Рерих, галеристы непременно с картинами самого Кустодиева, его чудесные красотки, не те с которыми его ассоциируют на коробках конфет, а жена и её родственницы. Последние по-прежнему занимают внимание прозрачностью акварели. А ещё – как и много у кого – мне нравились его эскизы декораций и иллюстрации.
Буду жаловаться на материнскую жизнь в большом городе.
В прошлую субботу. Организовали с мужем совместный выход в свет. Кажется, третий с рождения ребенка. То, что их можно сосчитать, немного пугает. В этот раз была моя очередь выбирать, а я хотела на концерт Жени Любич. Хотела со времен, как услышала ее “Колыбельную” в такси по дороге в больницу к Егору в 2020 году. Потом её Russian Girl спасала меня в тяжелые времена кризиса этнической идентичности. И вот я покупаю билеты прямо в приложении яндекс-музыки на подаренные на день рождения деньги, мы договариваемся с бабушкой, что она посидит с ребенком с 18 до 22.30. Я две недели собираю аутфит и аксессуары к нему. Красиво крашусь и душусь любимым маком с ячменём и мы едем на концерт в музыкальный бар МумийТролль к 20.00. И на входе узнаем, что концерт не начнется раньше 21.00. Ведь и на афише написано “Сбор гостей в 20.00”, а приличные гости знают, что собираются за час до мероприятия. Только вот в наших билетах никакой фразы про гостей не было, а бабушка в 22.30 обещала превратиться в тыкву выйти в сторону дома, причем дедушка должен был её встретить, а это очень ответственное мероприятие. Уж поверьте мне, его дочери, которая возвращалась домой в 22.55, если обещала быть к одиннадцати, не просто так. Знаете, эти нюансы: “к” или “в”. Особенно обидно было, когда выяснилось, что женя всего три месяца, как родила. Уж она бы могла понять нашу логистику, наверное. Но не вылезешь же на сцену – жаловаться артистке на администраторов!
В общем: в баре приятный лимонад из жимолости. Красивый дизайн. Камерное уютное пространство. Звук хороший. Женя такая открытая, веселая и, кажется, любящая, не смотря на недавние роды. (Ещё красивая и стройна, стерва! Но про это только в мамских чатах, наверное можно).
А мы ещё встретили Д.Ш., с которой я не виделась, кажется, лет 5.
Но! Каждую песню я смотрела на часы. А, как известно, счастливые часов не наблюдают. Так и не дождалась Russian Girl и Колыбельной, а бежала в сторону такси по другой берег Калининского. А, может, она их и не пела. Но теперь и не узнаешь.
Зато я пообщалась с морскими ежами в аквариуме, пока пыталась дозвониться до бабушки. Они говорят, что содержание ничего так. Правда, их друзья периодически пропадают без вести. А значит, в баре должно быть вкусно. Не ясно же, решилась бы я взять билеты на мероприятие, которое начинается в девять. А так хотя бы выбрались.
Не помню, как я пропустила прошлогоднее ханами. Помню как расцвели крокусы, а за ними подтянулась черемуха. А потом началась снежная буря посреди жаркой весны, её следом случилось северное сияние в Москве. Но его я уже не видела – окошко в роддоме слишком маленькое. А вот ханами не помню. Будто раз-два и нет. Для рифмы хочется думать, что и сакуру я пропустила в роддоме. Но это не так. Когда меня выписали как раз расцветала сирень. Её время я тоже почти пропустила. Кажется всего пару раз была на улице. Дважды Бурерожденный еще не видел достаточно хорошо, чтобы насладиться красотой цветения. А организовывать что-то красивое для себя у меня не было сил.
Было похоже на тот самый февраль, когда посреди нашего проекта “Малыш” я вдруг замерла. Мотивация привести в мир ребенка пошатнулась. Я так отчаянно хотела встретиться со своим малышом, чтобы поскорее показать ему насколько прекрасен мир. А мир внезапно стал безобразным и ужасным. А вдобавок отчаянно конечным. Желание наблюдать : как будет расти мой ребенок, что унаследует от меня, что от мужа, каким станет взрослым, – надорвалось от безысходности. Как и надежда полюбить кого-то, кто поживет дольше меня. А потом случилось ханами. А по дороге в Японский сад стоял раскидистый дуб, увешанный зелеными зелеными ленточками будто к маю. И я подумала, что мир может быть не так уж плох. А малыш ждёт меня в холоде медицинской установки. Пора!
И вот мы, наконец, встретились. И плодовые деревья снова расцвели. Наконец могу показать ему, как это красиво. Интересно, когда Дважды Бурерождённый вырастет, будет ли он так же глубоко дышать от восторга, глядя на падающие лепестки. Будет ли пытаясь запастись красотой до следующей весны. Или это станет семейной традицией, на которую он подростком будет закатывать глаза: “Ну мам! Опять эти лепестки! Сколько можно?!” А я отвечу: “Чуть меньше, чем вечность”.
